Есть момент, около 16:00 в Куршевеле, когда склоны пустеют, а террасы заполняются. Одежда, которая появляется на этих террасах, в основном, не та, в которой спускались с горы. Апре-ски существует как отдельный гардероб уже как минимум семьдесят лет — и является барометром того, кто находится на курорте.
Первой après-униформой был тирольский стиль. В 1950-х и начале 1960-х хорошо одетые лыжники возвращались в отели в вязаных до колен свитерах, лоденовых пальто и фетровых шляпах — силуэт был полностью заимствован из Санкт-Антона и Кицбюэля. Hermès открыл бутик в Куршевеле в 1959 году и продавал лоден на метры.
Эпоха Moncler
Это изменилось в 1970-х годах. Moncler — тогда крошечный французский поставщик, производивший куртки для олимпийской команды Гренобля 1968 года — оказался на спине каждого модного лыжника и на обложке Vogue Italia. Пуховик был изящнее лодена, технически теплее и виден со ста метров. К 1985 году стеганый Moncler поверх водолазки стал универсальной формой для après-ski в Куршевеле.
Затем появились бренды. Bogner представил силуэт гламурного лыжного костюма 1980-х — облегающий, цельный, часто металлический. Fendi добавил мех. Chanel в начале 2000-х построили поп-ап на Круазетт, который просуществовал пятнадцать сезонов подряд. К тому времени, когда Dior, Louis Vuitton и Prada открыли зимние магазины в 1850-х годах, курорт — незаметно — стал одним из самых популярных люксовых микрорынков Европы.
Кашемировый контрход
Наступившая смена спокойнее. Loro Piana открыла флагманский магазин на Круазетт в 2014 году и переписала правила: кашемировый комбинезон, неокрашенный шерстяной водолазка, жилет Stelvio. За ними последовал Brunello Cucinelli. Образ стал более простым, дорогим и не поддающимся фотографированию — что, отчасти, и является сутью.
Сегодня террасу занимают три племени. Тусовка в Moncler и зеркальных очках в La Folie Douce. Кашемировые тусовщики в Loro Piana у камина Cheval Blanc. И пуристы в лыжных костюмах инструкторов — Aztech, Toni Sailer, неироничная куртка ESF — которые до сих пор верят, что техническая одежда должна быть на высоте. Каждое племя меняет места каждый
Что Остается
Одно не менялось семьдесят лет. Первое, что делает каждый гость в 16:00 на любой террасе дворца в Куршевеле, — это заказывает глинтвейн и расстегивает молнию на лыжном ботинке. Одежда меняется. Ритуал — нет.
